Целуй и знакомся царь горы

Какие есть достижения в игре целуй и знакомься?

целуй и знакомся царь горы

DjAnA ДжАнА в игре Целуй и Знакомься. вчера Я получила достижение Царь горы уровня 2. Хочешь так же? Хочу! Играть. Играть. Zaur S в игре Целуй и Знакомься. вчера Я открыл новый Целуй и Знакомься. 12 апр. Я получил достижение Царь горы уровня 3. Просил упокоить души тех, кто падет в бою, и утишить горе вдов, сирот, отцов и Чего только не испытываешь, целуя так друг друга одновременно и года свергли русского царя, в ноябре коммунисты- большевики сбросили Знакомься – капитан Лесли Ле Круа, командир " Пионера", – сказал сын.

Да и не было стимула особо стараться на этой работе. Пока копал, прокачал обстановку. Рядом с нами находился только Михалыч, как смотрящий за земляными работами. А расстрельная команда, пятеро бойцов, стояла в отдалении.

Лопата в умелых руках — тоже оружие, но не. До этих пятерых я отсюда и добежать не успею, как свинцом нашпигуют. Вот тут и ляжем с тобой, ненаглядная Наталия Васильевна. В этот пензенский песочек. Жили с тобой мы недолго, но очень счастливо и умрем в один и тот же день. Только снял дерн с нашей двуспальной могилки и углубился в землю на штык, как за спиной сипло прогудел клаксон автомобиля. В нем в полный рост стоял невысокий, чисто выбритый человек в кожаной куртке, весь перечеркнутый ремнями.

Наперегонки со смертью (fb2) | Флибуста

На голове его из-под маленькой кожаной фуражки во все стороны вырывались жесткие кудрявые волосы. На околыше фуражки ярко рдела новой эмалью звезда. Убедившись, что все обратили на него внимание, этот человек выкрикнул: Я желаю знать, что тут происходит.

В селе Мехлис, не медля, машиной отправил очнувшегося Нахамкеса в Пензу. Перед отъездом тот потребовал меня явить пред свои светлые очи. Оказывается, он узрел свои так и неубранные отрезанные ноги в медном тазу в каретном сарае и понял, что ему грозило. В ответ я ему не преминул наябедничать, что его ноги были бы совсем целые, если бы товарищ Фактор не расстрелял доктора Болхова.

Мне же не оставалось ничего другого, как их ампутировать. И подозвав меня к себе, вложил в мои руки кобуру с ремнем. И откинулся на подушки заднего сиденья, подставив осеннему солнышку свой небритый подбородок. Автомобиль взрыкнул мотором и, мешая тяжелую пыль с сизым выхлопом, укатил в сторону губернского центра. Прошли в каретный сарай, в котором Наталия Васильевна проводила уборку, ведь после вчерашней операции это почему-то никому из товарищей не пришло в голову.

Несмотря на то что в том же помещении находился сам товарищ Нахамкес, которого они все ужасно уважали. Мехлис тут же спросил поднявшуюся с корточек баронессу: Умница все поняла и сделала молчаливый книксен. После чего круто повернулся и ушел в здание волостного правления. Наверное, с Фактором общаться. Я положил подаренную Нахамкесом кобуру на стол и, освободив руки, стал помогать сестре милосердия с приборкой, потихоньку ей выговаривая: Вы простая сестра милосердия из мещан, ваша фамилия теперь — Зайцева.

Если кто и услышал ранее, что вы Зайтц, то посчитает, что попутал. Не так много внимания досталось вам от товарищей. Им в большом селе вдовушек и солдаток хватало. Не говорите никому, что были замужем, тем более — за полковником. Надеюсь, что все это ненадолго и скоро с товарищами мы расстанемся. Не уживусь я с. И вас бросить у них не смогу.

Молодая женщина встала, убрала ведро с мусором к входной двери, вымыла ладони у рукомойника и лишь потом сказала: Пока Наталия Васильевна готовила морковный чай, я рассмотрел гонорар за лечение от товарища Нахамкеса. Длинная кобура формованной рыжей кожи. Ее откидное крыло крепилось шлейкой, которая продевалась через нашитый кожаный штрипчик и закреплялась в прорезь на медную кобурную кнопку.

Надежно закрывает, но, когда требуется скорость выхватывания ствола, может быть критично. В кобуре был австрийский автоматический пистолет системы Манлихера, [14] изящный, как хортая. Изогнутая рукоять в руке сидит удобно, как влитая. Не у каждого австро-венгерского офицера такая.

целуй и знакомся царь горы

Или с немецкими парабеллумами под гражданский патрон 7,65 миллиметра. Оттянул затвор и попробовал продавить патрон в магазин — полный, не давится пружина. На хорошем кожаном ремне с орленой латунной бляхой орел тоже двуглавый, но несколько другой, чем российский висело два кожаных длинных и узких подсумка, в которых оказалось по снаряженной обойме к пистолету. Патроны блестели ровненькими бочонками. В каждой обойме было по десять патронов калибра 7,63 миллиметра.

Тридцать патронов — негусто. И брать их тут негде. Может, оттого и подарил товарищ Нахамкес мне эту машинку с барского плеча. Куда ее девать, когда патроны кончатся? Но, как говорится, дареному коню… Засунул все обратно по подсумкам и в кобуру и опоясался этим ремнем поверх пиджака. Наталия Васильевна, увидев меня в этом парамилитаристском прикиде, неожиданно прыснула: Я провел ладонью по подбородку.

И мы дружно засмеялись, радуясь тому, что, несмотря на все, остались живы. И тому, что мы взаимно очень нравимся друг другу. Потом прикатила комиссарская машина из Пензы, та, что отвозила в госпиталь Нахамкеса.

В ней, если не считать постоянного водителя Мехлиса, приехало трио новых персонажей. Все как один — в английских шоферских кожанках и справных хромовых сапогах. Громко протопав по крыльцу, они скрылись в здании волостной управы, хлопнув входной дверью.

Я их заценил, когда ходил мусор выкидывать на помойку. Меня под конвоем теперь и гадить водят. Потом по нашим охранникам пронесся шелест, которым они сразу же поделились с охраняемыми, то есть с нами: Что-то будет… Что будет? Что будет, то и. Нечего гадать понапрасну, когда нас снова перевели на отсидку на сеновал, отобрав оружие. Кстати, Наталия Васильевна была этим обстоятельством очень даже довольна.

А когда я стал через ткань ласкать ее грудь и живот, то просто замурлыкала. На большее мы благоразумно не посягнули — все же в любой момент нас могли вызвать на судилище. Да и светлый день на дворе. Но нам и так было хорошо и радостно. И плевать на всю революцию, что кружила. В трибунал нас выдергивали поодиночке. Все действо разворачивалось в зале волостного правления. Судьи, сидя в ряд, как вороны на жердочке, задали по пятку дежурных вопросов и велели отвести обратно на сеновал.

Даже ужин принесли туда. Пшенную кашу и плохо заваренный морковный чай. Даже обидно как-то. Но все было очень и очень буднично и как-то серо.

Так ведь и расстреляют нас товарищи между делом, походя, без эмоций. Но несмотря ни на что, жизнь продолжалась. А темным вечером удалось у охраны выцыганить лишних два котелка теплой воды для гигиены мест совместного пользования.

А там и ночь подошла. Утром, до самого завтрака, нас никто не будил. Потом охранники принесли нам один на двоих котелок сарацинского пшена, сваренного на парном молоке. И голого кипятку вместо чая. Не успели эту кашу съесть, как явился старый знакомец Михалыч.

В его внешнем облике произошли перемены. На его ногах, сверкая втертым маслом, красовались шнурованные сапоги товарища Фактора. Мы невольно подобрались, ожидая худшего. Но Михалыч пришел один и без лопаты. За его спиной солнце ярко заливало осенним теплом двор волостного правления. Даже сумрак сеновала стал разреженным. Поцеловав Наталию Васильевну в губы, я поднялся и пошел наружу. По двору, кружась, летали первые желтые листочки этой осени.

Мехлис собран и деловит. И смотрит на меня не как солдат на вошь, а как человек на человека. В корне отличное от товарища Фактора отношение к людям. Однако и общее между ними. Эта фраза его прозвучала вместо извинений. Новая власть не извиняется. Или извиняется, предлагая должность. Коллежского асессора, [16] между прочим, должность. Но Мехлис на него охотно ответил: У меня в бригадном госпитале нештат врачей, а он четверых в распыл.

Вы понимаете, что это значит? Впрочем, именно вы и понимаете. И вел он себя совсем не по-большевистски. Нашел виновного — расстреляй, но унижать человеческое достоинство не смей! Не для того революцию делали, чтоб новые баре появились — с партбилетом. Посопел еще, как породистый конь, и резко спросил: Как в нашем гимне поется: Это и про вас тоже, товарищ Волынский. Это про всех. Все же вы теперь командир полкового уровня. Ну и прочее, что перевязочному пункту потребно, получите.

Все просчитал комиссар и даже мандаты заранее заготовил. А я продолжал выбивать из комиссара возможные ништяки, пока такая пруха: Все же, когда меня принудительно забирали, даже избу не дали запереть. Да и законный брак оформить. Вот вам и законный революционный брак. Им аналой подавай и венчание. И за год-два эту глыбу нам с места не сдвинуть. Пока я здесь, в Лятошиновке, задержусь. Потом отвезу вас в Пензу на автомобиле, там получите лошадей, ездовых, двуколку, телеги, несколько обученных санитаров и сестер милосердия от госпиталя.

Из фармакопеи еще там по мелочи. Мехлис смотрел мне прямо в. Без проблем оформил у полкового писаря мобилизационные листки и на себя, и на Наталию Васильевну Зайцеву, мещанку города Гродно, девицу рождения года, православного вероисповедания. С Гродно это очень удачно вышло. Там сейчас после Брестского сепаратного мира немцы стоят. Даже если очень захотеть, ничего из наших палестин по архивам не проверить.

И врать нам не придется лишнего. Монах Оккам предупреждал, что не стоит множить сущности сверх меры. Вот и мы не будем. Тот же не к ночи помянутый Геббельс говаривал, что лучшая ложь делается из полуправды.

А он в этом признанный мастер. Потом я потребовал у писаря мандат на новую должность согласно приказу. Типа приказ себе оставь, а мне удостоверение с полковой печатью выправь, что я начальник передового перевязочного пункта полка.

Как оно вообще и полагается. Но тут писарь повел себя странно. Поначалу категорически не хотел ничего мне выдавать, не объясняя причин. Потом выдвигал какие-то невнятные препоны. Но под моим напором сдался. Все же они, пращуры наши, на предмет взять на горло слабоваты перед потомками.

Не жили они при социализме. Самого товарища Фактора расстреляли. Писарь оторвал свой толстый зад от табуретки и довольно борзо для своей комплекции выскочил в коридор. Даже печать на столе забыл. А вот это он зря сделал. Я тут же проштемпелевал пару стандартных машинописных листов и положил печать на место. А листочки попросил Наталию Васильевну быстро спрятать у. Думал, она просто их на грудь под передник засунет, а у нее там целый карман внутренний оказался.

Весьма удачно для нас получилось. Лишними точно не. А тут и писарь заглянул. После получения мандата — мощной бумаги с угловым штампом и круглой печатью — я почувствовал себя намного уверенней и легкой трусцой потащил Наталию Васильевну на другой конец села к интенданту — прибарахляться.

Под хозяйство полкового интенданта приспособили на окраине села ригу и какие-то капитальные амбары, забитые разнообразным барахлом под стрехи. Что же у них красноармейцы-то ходят как нищеброды при таком богатстве?

Я вытребовал себе нормальные юфтевые сапоги нижнего чина, даже не по наряду, а на обмен. Оставил ему свои просящие каши дерьмодавы. Так что жаба моя была довольна. Кроме сапог я за полчаса стал обладателем хороших диагоналевых галифе по размеру, практически новых с высоким поясом под грудь.

Синего цвета с малиновым кантом. И коричневого френча — русского самопала под фирменный бритиш, но приличного сукна и хорошего пошива. А также большой полевой фуражки казачьего образца, распяленной на деревянную пружину. Ее я брать не хотел, но ничего другого на мою большую голову не нашлось, даже папахи. Чуть широковат бушлат оказался в плечах, но это несмертельно.

Особенно по нашим дефицитным временам. Довершила мое преображение командирская планшетка с целлулоидным отделением под карту. Вместо холодного оружия заставил его найти у себя в глубинах амбара хирургический набор шикарный набор оказался, немецкий, из нержавеющей стали в отдельном ранце-несессере и разного перевязочного материала, йода и перекиси водорода, которых тут оказалось очень и очень богато. Что ж они его на товарища Нахамкеса-то пожадовали? Мы ж его чуть ли не стираными портянками бинтовали.

Вот не пойму их логики, хоть убей! Поиски подходящей одежды для Наталии Васильевны прошли намного дольше. Все же тут мужской гардероб в основном, и размеры совсем другие, хотя сестра милосердия — девушка высокая и видная. А вот ножка у нее маленькая. Стремительный Шапиро молнией метался между штабелями, ящиками, сундуками и просто узлами; казалось, знал все, что и где у него лежит, но каждый раз это был кайф предпоследнего варианта решения.

И гусарских же ботиков [21] с короткими серебряными шпорами. Защитного цвета шерстяной гимнастерки-косоворотки, которую милосердная сестра согласилась ушить сама, при обеспечении ее нитками и иголками и этот дефицит ей тут же был интендантом выдан! И шикарной темно-лиловой венгерки из французского драп-ратина с черными бранденбурами шелкового шнура. На черном каракуле в комплекте с каракулевым же картузом. Черная юбка тонкого сукна к этому костюму нашлась почему-то в соседнем амбаре.

И одно хорошее шерстяное платье с глухим воротом. Это все не иначе с какой-то барской усадьбы грабленое тряпье.

Выдал он нам также нужных размеров исподнего мужского, нового, по две пары на нос, и льняной бязи на портянки. Мятного зубного порошка фабрики Маевского в жестяных банках. Хозяйственного и земляничного мыла. И медицинского спирта две ведерные бутыли в камышовой оплетке. С последним интенданта расставаться мучила жаба. Но отказать бумаге с подписью Мехлиса он не осмелился. Да и на чем? И внимательно посмотрел ему в. Интендант почесал за ухом, мотнул головой и согласился со мной, что в двуколку все не влезет.

Мало ли что случиться может в этом каретном сарае, в котором сейчас перевязочный пункт? Лучше вы нам саквояж подыщите под нашу старую одежку. И прикажите запрягать санитарную двуколку. Никак в предвкушении удачных гешефтов со спиртом в период сухого закона. Я же ему сразу за две бутыли в складском талмуде расписался. Ее сразу к вашему подразделению приписать или с возвратом? Она же и так нам положена.

Пока мы с Шапиро носились по амбарам, пока запрягали в нашу двуколку красивую рыжую кобылку с тонкими ногами, пока нам выделялся из личных закромов интенданта объемный американский сак, Наталия Васильевна успела пошить две нарукавные повязки белые с красным крестиком посередине.

Переоделись в обновы мы там же, в амбаре. И повязки нацепили на левые руки. Наталия Васильевна лишь картуз надевать не стала, обошлась косынкой сестры милосердия. В неушитом вороте гимнастерки ее шейка стала похожа на гусенка, поэтому венгерку она на плечи накинула. Погрузили все в двуколку и, тепло простившись с испуганно-заботливым интендантом, не торопясь покатили к волостному управлению.

К обжитыми уже нами каретному сараю и сеновалу. Заезжая во двор волостного правления, мы неаккуратно столкнулись с Мехлисом, который ловко перехватил нашу лошадь под уздцы, слегка отскочив в сторону.

А то бы мог не отделаться легким испугом при столкновении с гужевым транспортом. Интересно, за что так полюбил вас Шапиро, что англизированного дончака вам в оглобли отдал? Я сделал удивленное лицо и развел в стороны руки. Типа знать ничего не знаю и ведать не ведаю. А Мехлис уже переменил тему: Тут я откровенно расхохотался: Вылез из двуколки сам и подал руку милосердной сестре, помогая той выбраться на твердый грунт.

Потом, взяв лошадь за уздцы с другой стороны от комиссара, повел ее с повозкой к каретному сараю. Мехлис пошел со мной, так как все еще держался за недоуздок. И не понять — то ли в похвалу это мне, то ли в упрек. Что наши, что ваши. Я сбил фуражку на затылок и стал выпрягать кобылу из двуколки. Да еще в присутствии Ревтрибунала в расположении части. Это будет крайне неосмотрительно с нашей стороны. Могут заподозрить в контрреволюции. Здорово, когда начальство шутки понимает.

Хуже, когда оно такое, как товарищ Фактор со всей революционной и очень серьезной тупостью. А еще за это время я подумал, что можно так вот запросто спалиться лексиконом двадцать первого века.

Как два пальца об асфальт. Ну, вот… Теперь за губой следить. Как штандартенфюреру Штирлицу, который пока где-то в Красной армии на посылках бегает как Максимка Исаев. Мехлис, обождав, пока сестра милосердия скроется в каретном сарае, задал вопрос: Посмотрел в светлые честные глаза комиссара и ответил: Видать, наш комиссар головоломки любит: Тем временем Мехлис потер ладонью подбородок, пару раз кивнул кудрями и промолвил с некоторой растяжкой слов, как будто не совсем был уверен в сказанном: Или по-древнегречески… Могу и попутать: Открыто так засмеялся, заливисто.

Я в это время закончил выпрягать кобылу и стал заводить ее в конюшню. Ты только помни, о чем ты не должна говорить. Ни при каких условиях. У меня не было мужа полковника. И вообще я мещанка необразованная со смешной фамилией Зайцева.

По ее щекам потекли невольные слезы. Обняв расстроенную женщину, сказал: Так надо для того, чтобы ты выжила в этой мясорубке, в которую превращается Россия. И все это очень и очень серьезно. Вопрос жизни или смерти. Но я не слишком разочаровалась — ведь главная моя цель осуществилась: Взяв себе на заметку спросить у отца, как можно продлить этот процесс — я была уверена, что добилась бы фейерверка, продержись мы чуть подольше, — я больше не думала об этом, счастливая тем, чего достигла.

То, что произошло дальше, вошло у меня в обычай и служило мне всю последующую жизнь. Я улыбнулась Чаку и сказала нежно: Мужчины не ждут, что их за это будут благодарить, но в этот момент готовы поверить любому комплименту, особенно если не заслужили его и смущенно это сознают. Благодарность и комплимент — это вклад, который ничего вам не стоит, зато приносит высокие дивиденды. Верьте мне, сестры мои! На полу жестко, несмотря на попону.

По дороге в Батлер мой Чарльз совсем скис и не тянул на галантного Дон Жуана, только что избавившего девицу от ее бесполезного сокровища. Меня не волновало больше то, что я не испытала оргазма — а может, испытала? А если такой фейерверк можно вызвать только самой у себя?

Морин успешно справилась с задачей, чувствовала себя очень взрослой, сидела гордая и радовалась прекрасному дню. Боли я не ощущала — почти. Мне кажется, секс бывает порой немилостив к мужчинам. Им очень даже есть что терять, а мы предлагаем им такой скудный выбор. Взять хотя бы странный случай с моим внуком, с которым так круто обошлись судьба и его первая жена.

Этот случай касается и нашего кота Пикселя — в ту пору он был еще котенком, пушистым комочком. Мой внук, полковник Кэмпбелл, — сын моего сына Вудро, который также является моим мужем Теодором, но пусть вас это не волнует: Не забыть рассказать вам, как Лазарус однажды сделал беременными сразу троих бабушку, дочку и внучку, из-за чего ему пришлось идти на разные ухищрения с Корпусом Времени, чтобы не нарушать свою личную Первую заповедь: Поскольку Лазарус осеменил этих троих в разные века и в разных вселенных, это отняло у него довольно много времени.

Сам того не ведая, Лазарус нарушил свою Первую заповедь по отношению к матери моего внука, и косвенным следствием этого упущения стала женитьба внука на моей брачной сестре Хейзел Стоун, которую мы по этому случаю отпустили из семьи. Как вам известно если известноХейзел нужно было выйти за Колина Кэмпбелла, чтобы они вдвоем могли спасти Майкрофта Холмса IV — компьютер, осуществивший Лунную революцию в третьей временной параллели, код "Нейл Армстронг".

Не будем вдаваться в подробности: В нашем случае произошло почти то же. Компьютер был спасен и поныне живет и здравствует в Бундоке. Весь спасательный отряд тоже ушел без единой царапины — кроме Колина, Хейзел и котенка Пикселя. Эти трое, все израненные, остались умирать в пещере на Луне.

Должна сделать еще одно отступление. В том спасательном отряде была молодая женщина-офицер, Гретхен Гендерсон, прапраправнучка моей брачной сестры Хейзел Стоун. За четыре месяца до рейда Гретхен родила мальчика, и мой внук об этом.

Не знал он того, что он — отец сына Гретхен. Ведь он ни разу не был близок с Гретхен и точно знал, что не оставлял свою сперму ни в одном донорском банке. Однако Хейзел перед смертью твердо сказала ему, что ребенок Гретхен его сын. Он спросил, каким это образом, и она ответила: Кто-кто, а Колин понимал, что такое временной парадокс. Он служил в Корпусе Времени, не раз бывал во временных петлях и знал, что в такой петле можно подойти к самому себе сзади и укусить себя за шею.

Поэтому он понял, что сделает Гретхен ребенка где-то в своем будущем, но в ее прошлом — парадокс перевернутой петли. Значит, на Бога надейся, а сам не плошай. Это могло бы случиться лишь в том случае, если бы он пережил эту переделку. И вскоре их спасли. Колин положил еще немало народу и был ранен еще дважды, но вся троица осталась жива. Их перебросили на две тысячи лет в будущее к лучшим врачам всех вселенных — к Иштар и ее команде. Моя брачная сестра Иштар никому не даст умереть — было бы тело еще теплое и мозг не поврежден.

Но с этими тремя ей пришлось повозиться, особенно с Пикселем. Кроху несколько месяцев держали при нуле целых трех десятых градуса по шкале Кельвина, а тем временем из другой вселенной доставили доктора Бона, и дюжина лучших хирургов Иштар, включая ее самое, прошла ускоренный курс кошачьей ветеринарии. Потом Пикселя перевели на режим обычной гипотермии, восстановили его, разморозили и разбудили.

Так что ныне он здоровяк-котище, гуляет сам по себе и плодит котят, где придется. Хейзел между тем создала нужную петлю времени, и Колин встретил, обольстил, повалил и обрюхатил Гретхен, чуть помоложе той, которую.

Она родила сына, а потом по своему личному времени вместе с Хейзел и Колином отправилась спасать Майкрофта Холмса. Но зачем было тратить столько усилий ради котенка?

Не лучше ли было его усыпить, чтобы не мучился? Шансы распределялись так ровно, что в половине параллелей отряд погибал, а в половине достигал своей цели. Чашу перетянул котенок весом в несколько унций, предупредивший отряд об опасности единственным словом, которое умел говорить: Я тоже была не прочь — только не.

После езды в грязной двуколке то, на чем я сидела, стало беспокоить. Но Чарльзу загорелось прямо. Надежно на все сто. Мы и так уже опаздываем, а мне сегодня не хочется отвечать на вопросы. Не такой это день. И у нас больше нет "веселой вдовы", это решает дело — я хочу иметь детей, но не в пятнадцать лет.

Потерпи, дорогой, и мы это сделаем снова, приняв все нужные меры. А теперь убери, пожалуйста, руку: Мать не ругала меня за получасовое опоздание, но и не настаивала, когда Чарльз отказался от предложенного лимонада, сказав, что ему нужно доставить Неда своего мерина домой, вычистить его и обтереть двуколку, а то выезд может понадобиться родителям.

Уж очень сложная ложь — убеждена, что ему просто не хотелось смотреть моей матери в глаза и отвечать на ее вопросы. Я порадовалась, что отец отучил меня врать слишком длинно. Как только Чак уехал, мать поднялась наверх, а я снова вышла во двор.

Пару лет назад отец ввел у нас новшество, которое многим прихожанам нашей церкви казалось греховным излишеством: Они нам действительно были необходимы. В тот момент в уборной для девочек, к счастью, никого не. Я закрылась на щеколду и осмотрелась.

Немножко крови — ничего страшного. Я вздохнула с облегчением, пописала, привела себя в порядок и вернулась в дом, прихватив попутно из поленницы немного дров для кухни это делал у нас каждый, кто посещал тот домик. Сбросив дрова, я зашла в умывальную около кухни, вымыла руки и понюхала. Все в порядке — только совесть нечиста.

По дороге к отцу я остановилась потрепать Люсиль за рыжие кудряшки и похлопать ее по попке. Ей тогда было года три — ну да, она родилась в девяносто четвертом, через год после нашей с отцом поездки в Чикаго. Она была настоящая куколка, всегда веселая.

Я решила, что у меня будет точно такая же… не в этом году, но. Я чувствовала себя настоящей женщиной. У дверей в кабинет я столкнулась с миссис Альтшулер, которая как раз уходила, и поздоровалась с. Она посмотрела на меня и сказала: Я поблагодарила ее за внимание. Отец говорил, что она ничем не страдает, кроме запора и недостатка физических упражнений, однако она являлась на прием не реже двух раз в месяц и еще ни пенни не заплатила с начала года.

Отец был сильный, волевой человек, но собирать долги у больных не умел. Он записывал визит в книгу и поднял на меня. Может, я и не прав, но твердо убежден. А что, не надо было? Мат в четыре хода. Я могу и ошибаться. Ты меня в могилу сведешь. Прочти вот это, тебе будет интересно. Пришло с утренней почтой — от мистера Клеменса. Из того письма мне особенно запомнился один абзац: Возможно, повешение законников и не излечит всех бед нашей страны, зато это будет весело, а вреда никакого.

Я уже где-то говорил, что конгресс единственный преступный класс в нашем обществе. И нельзя считать совпадением то, что девяносто семь процентов конгрессменов — юристы". Мистер Клеменс писал еще, что его лекционное агентство назначило ему Канзас-Сити на будущую зиму. Не сможете ли Вы приехать в Канзас-Сити десятого января будущего года?

И знаете, что я в классе первая среди девочек… а была бы и во всем классе первая, если бы не ваш совет не слишком выделяться. Мы это еще обсудим. Господь не захочет — и чирей не вскочит. Достала ты то, за чем ездила в Батлер? Я больше не девственница. Мне не хотелось, чтобы он на меня сердился… и он, по-моему, задолго до этого решил, что сердиться не станет.

Я-то думал, ты это сделала еще на рождественских каникулах. И полгода ждал, когда же ты удостоишь меня своим доверием.

Игра "Целуй и знакомься". Как получить достижения?

Я на вас полагаюсь. Ммм… надо бы осмотреть тебя после дефлорации. Это естественный процесс, и у меня ничего не болит — зачем это нужно? Отец сказал, что врачу неэтично лечить членов своей семьи, особенно женщин. Я сказала, что знаю, но меня и не надо лечить.

И так далее и так далее. В конце концов, удостоверясь в том, что мать отдыхает у себя наверху, отец увел меня в амбулаторию, запер дверь и помог мне забраться на стол. Я очутилась примерно в той же позе, что и с Чарльзом, только на сей раз не снимала ничего, кроме панталон. И вдруг почувствовала возбуждение. Я старалась его подавить и надеялась, что отец не заметит. В свои пятнадцать я уже сознавала, что у меня к отцу необычная, может быть, нездоровая привязанность. А в двенадцать фантазировала, как нас с отцом выбрасывает на необитаемый остров.

Но табу было слишком крепким — я это знала из Библии, из классической литературы, из мифологии. И хорошо помнила, как отец перестал сажать меня к себе на колени — точно отрезал, когда у меня начались месячные. Отец натянул резиновые перчатки. Он начал это делать с тех пор, как побывал в Чикаго — а ездил он туда не для того, чтобы показать Морин посвященную Колумбу Всемирную выставку, а чтобы послушать в Эванстоне, где помещался Северо-Западный университет, курс лекций по теории Пастера.

Отец всегда был сторонником воды и мыла, но под этим не было научной основы. Его наставник, доктор Филипс, начавший практиковать в м году, так комментировал слухи, доходившие до Франции: Когда же отец вернулся из Эванстона, ничто больше не казалось ему достаточно чистым. Он стал пользоваться резиновыми перчатками и йодом, а инструменты кипятил или обжигал, особенно тщательно, когда имел дело со столбняком.

Эти холодные липкие перчатки меня охладили… и я все-таки со смущением убедилась, что внизу вся мокрая. Я не стала заострять на этом внимания, отец. Вскоре он помог мне слезть и отвернулся снять перчатки, пока я натягивала панталоны.

Когда я приняла приличный вид, он открыл дверь и проворчал: С деторождением не должно быть никаких хлопот. Рекомендую несколько дней воздержаться от половых сношений. Как я понял, ты пользовалась французским мешочком. Если так и будешь ими пользоваться — каждый раз! Хмм… как ты, не против еще разок прокатиться в двуколке? Мне передали, что последний ребенок Айгоу, Джонни Мэй, заболел, и я обещал выбраться к ним. Ты не попросишь Фрэнка запрячь Дэйзи? Отец взял меня с собой, чтобы рассказать мне об Айре Говарде и его фонде.

Я слушала, не веря своим ушам… но ведь это говорил отец, единственный надежный источник информации. Фонд Говарда платит тебе не за то, что ты выходишь замуж за их кандидата… и ему не за то, что он женится на. Тебе вообще не станут платить, только ему — за каждого рожденного тобой и зачатого им ребенка. Я сочла эти условия унизительными.

Пусть я не принадлежу к женщинам, борющимся за право голосовать, но все-таки это нечестно. Кто-то там меня осеменит, потом я буду стонать и вопить, как моя мать, когда рожает, а деньги заплатят. А какая у них такса? Сколько получит мой гипотетический муженек за мои родовые муки и одного вонючего младенца?

Mon papa, разве так ведутся дела? Я по контракту ложусь и раздвигаю ноги, а через девять месяцев моему мужу платят… пять долларов?

Уж лучше я поеду в Канзас-Сити и буду ходить на панель. Я перевела дыхание и понизила голос на октаву, в чем недавно начала практиковаться, пообещав себе никогда не визжать. Что-то я скандалю, как нервная девица, — считала себя взрослее. Но уж очень это все неприглядно, — вздохнула.

Но я расскажу тебе, как это происходит на практике. Никто тебя ни за кого силой замуж не гонит. Мы с матерью с твоего согласия записываем тебя в Фонд, приложив анкету, которую я помогу тебе заполнить. Взамен тебе присылают список молодых людей. Все они, что называется, подходящие женихи, кредитоспособные независимо от Фонда и его денег.

И все будут молоды, не более чем на десять лет старше тебя, а еще вероятнее — твои ровесники. Тебя еще никто никуда не записывал. Я говорю тебе об этом сейчас, потому что нечестно было бы скрыть от тебя, что есть такой Фонд Говарда. Но для замужества ты еще слишком молода. Твой жених будет молод, но старше пятнадцати лет.

В Фивах можно было учить либо немецкий, либо французский. Эдвард выбрал французский, а за ним и Одри, поскольку отец и мать тоже в свое время учили французский и переходили на него, когда хотели при нас поговорить о. Одри с Эдвардом создали прецедент, которому мы все стали следовать. Я занялась французским еще до школьных уроков — мне не нравилось, когда при мне говорили на непонятном мне языке.

Этот выбор оказал влияние на всю мою жизнь — но это опять-таки другая история. А незнакомец, испортивший нашу Нелл, — он умеет целоваться? Он был мил с тобой, Морин? Немножко робок, но это у него, думаю, пройдет. Да, отец, — это было не так приятно, как я ожидала.

Но в следующий раз все будет, как. Ты хочешь сказать, что нынешнее событие было не так приятно, как мастурбация. Все кончилось слишком. Он да вы же знаете, кто возил меня в Батлер. Он хороший, cher papa… но понимает в этом еще меньше. Тебя-то учил я, и ты была прилежной ученицей. Мне сдается, ваши наставления были обширнее. Скажите, а замужество Одри тоже устроил Фонд Говарда?

Она так и познакомилась с Джеромом? Даже задумываться над этим некрасиво. Ещё час до конца её рабочего дня, представляю, как она отсюда унесётся.

Завтра может и не прийти. Танюшей в их коллективе называли сорокалетнюю женщину, Татьяну Михайловну, всей душой болеющую за детей и относящуюся к ним как к родным. Её обожали как дети, так и коллеги. Да и нельзя её было не любить. Татьяна Михайловна всегда с улыбкой разруливала любую ситуацию, мирила, успокаивала, утешала. Никто и никогда не видел её раздражённой или злой.

Ей нужна сейчас поддержка. Не думаю, что Наташа к ним приблизится. Это же надо, чтобы так совпало, а? Сердце её опять сжала тревога за ребёнка. Весь остаток дня Катя просидела у постели Дианы. Она рассказывала ей сказки, вдвоём они пели песни. К вечеру девочка погрустнела. Щёки её опять покрыл болезненный румянец, и Катя со страхом приложила руку к её лбу. Через пять минут они вдвоём смотрела на ртутный столбик, замерший у отметки тридцать девять.

Катя лишь вздохнула, смотря на. Заснула Диана только около полуночи. Жар спал, она задышала ровно. Катя подтолкнула ей одеяло и выскользнула в коридор. Выйдя в холл, она вытащила из шкафчика пальто и только тогда заметила полоску света, пробивающуюся из-под двери директорского кабинета. На цыпочках подойдя к ней, Катя несмело постучала. Лиана Викторовна, высокая, статная женщина, с длинными, чёрными волосами и пронзительно-голубыми глазами, сидела за своим столом, уронив голову на скрещённые руки.

Услышав её голос, женщина подняла глаза и кивнула: Девушка проскользнула в кабинет и опустилась в кресло, напротив директора. В приглушённом свете настольной лампы, она сразу не заметила, что глаза у Лианы Викторовны заплаканы, а на щеках видны дорожки туши. Прежде она никогда не видела свою начальницу с сигаретой.

Катя промолчала, не зная, что сказать в такой ситуации. Женька заболел, а я оказалась виновата в этом! А то что я целыми днями на работе, это никого не волнует! Ты мать и ты должна! У них горе, они переживают, а я что, камень что ли?! Высказавшись, Лиана отбросила сигарету и зарыдала. Дети, они ведь часто болеют, вас сын поправится, и с домашними вы помиритесь. Сегодня просто день. Днём вроде получше стало, а к вечеру опять животик разболелся и температура тридцать девять.

Но как оно будет дальше… - Живот болит и температура? Просто у Женьки моего те же симптомы. Диагноз поставить не могут. Не волнуйся, я всё проконтролирую. Вы ведь тоже устали, синяки вон под глазами. Иди домой, детка, всё будет хорошо. Из кабинета начальницы Катя выходила с тяжёлым сердцем. Перед глазами постоянно маячило усталое лицо Лианы, не отпускала тревога за маленькую Диану.

Что за болезнь такая неизвестная у неё? И почему не могут поставить диагноз Жене? Выйдя на улицу, Катя с тоской посмотрела по сторонам и поняла, что до дома ей придётся добираться пешком. Автобусы уже не ходят, метро давно закрыто, а останавливать машину в это время она просто боялась. Ноги за день гудели от усталости. Опустив голову, Катя побрела к дороге. Через час она должна быть дома. Осталось потерпеть всего лишь час. А потом горячий душ и наконец-то на свою старую раскладушку.

Спать, спать, спать… О том, что с утра у неё не было и маковой росинки во рту, Катя даже не вспомнила. Утро началось с пронзительного крика. Катя села в постели и очумело потрясла головой, всей душой надеясь, что крик ей почудился. Но надежды не оправдались, крик повторился и ещё более громкий, чем.

Накинув поверх пижамы халат, Катя сунула ноги в тапочки и вышла в коридор. Дверь в ванную оказалась открытой, на пороге стояла растрёпанная Лиза, в длинных, похожих на клоунские штанах и растянутой майке.

Потрясая огромными кулаками, она издавала звуки, похожие на рёв бизона. Подойдя к двери, девушка осторожно заглянула туда и тихо ойкнула. У душевой кабины стояла Лидия, придерживая рукой распахнутый халат.

Рядом с ней, устроившись на бортике ржавой ванны, примостился абсолютно голый, пьяный отец. Катя поспешно отвела глаза и вынырнула обратно в коридор. Не трудно было догадаться, чем занималась парочка за закрытыми дверями. От криков у Кати голова пошла кругом. Оглядев покрасневшую от злости мачеху, сердитую соседку, смущённую Лизу, пытающуюся стать незаметной и отца, которого, казалось эта ситуация только забавляла, Катя прошмыгнула в ванную и, ухватив Лиду за руку, протащила её мимо обалдевшей от такой наглости Лизы и втолкнула её в её комнату.

Не делай вид, что ты не знаешь, что он вечно по бабам шляется! Да я всю жизнь на вас положила, я тебя воспитала, а ты!

целуй и знакомся царь горы

Да она теперь тебя со свету сживёт! Не первый день её знаю. Вместо того, чтобы за мачеху вступиться, ты на Лидкину сторону перешла. А о своих словах я не жалею, и отец, и Лиза гуляю друг от друга и прекрасно об этом знают, нечего тут комедию ломать! Да папа и Лиза даже не муж и жена, они просто собутыльники. Какой он ни есть, он твой отец. Да и Лиза… Кто знает, как бы вы без неё жили. В ответ Катя лишь махнула рукой и вышла в коридор. Из их комнаты слышались голоса мачехи и отца, но в них не было прежней агрессии.

Тихо звякнула бутылка и Катя усмехнулась. Ну да, это для них лучший способ примирения. Постояв пару минут в раздумьях, Катя шагнула к двери Лидиной комнаты и постучала. Лида высунула нос в маленькую щёлку, и только увидев, что за спиной девушки не маячит Лиза, впустила её. Она так и не переоделась, на ней всё так же висел уже изрядно помятый халат, пшеничного цвета волосы рассыпались по плечам.

Лида была красивой женщиной, но сама она себя таковой не считала. Закрывшись от всех в своих картинах, она даже не пыталась выйти в реальный мир. Хотя… Сегодня вот ведь вышла… - Нет, - мотнула головой Катя, проходя вперёд и присаживаясь на низенькую табуретку у мольберта. Отец давно превратился в алкоголика, да он на бомжа похож! Глаза её лихорадочно горели. Кстати, ты на работу не опоздаешь? Я не хочу, чтобы в моей семье случались подобные скандалы. Лиза в ярости может и пристукнуть кого-нибудь.

Пройдя в свою комнату, она увидела отца и мачеху, пьяно хихикающих над бутылкой водки и, проскользнув за шкаф, быстро натянула на себя джинсы и кофту. Заходить в ванную, чтобы даже просто умыться и почистить зубы было противно. Поэтому Катя надела пальто и, схватив сумку, вышла из квартиры.

На улице опять лил дождь, от вчерашней тёплой погоды не осталось и следа. Открыв зонтик, Катя уныло поплелась к автобусной остановке. Детский дом опять встретил её тревожной тишиной. На шум из подсобки выглянула Нина. Почему опять так тихо? Лицо Нины вдруг горестно скривилось, казалось, она вот-вот заплачет. Говорит, ума не приложу, что за зараза к нашей Диночке прицепилась. Что в больнице сказали?

А Диночка вся горит, животик совсем скрутило. Было невыносимо страшно за маленькую Дианку. Лиана до утра рядом с Дианкой была, а потом ей позвонили, она вся побелела и к сыну рванула. Ноги плохо слушались, в желудке будто лежал ледяной ком. Что же за страшная болезнь у ребятишек? Весь день Катя была сама не своя. Еле дотянув до вечера, она оделась и понеслась в больницу к Дианке.

Толкнув стеклянную дверь, оказалась в тёплом холле и подошла к стойке дежурной медсестры. Я знаю, может я уже поздновато, но я ведь на работе была, я всего на минуточку, - затараторила Катя, но медсестра перебила её: Катя некоторое время молча стояла у стойки, осмысливая услышанное, а потом тихо спросила: А ещё, что в детском доме все очень ждут её возвращения.

Она плохо помнила, как добралась до дома. Едва она вошла в квартиру, как ей навстречу вышла баба Валя. Пойдём на кухню, я оладушек напекла. Ну-ка марш руки мыть и за стол! Кате с трудом удалось протолкнуть в себя еду, под неумолчный щебет бабы Вали. Погрузившись в свои мысли, она абсолютно не слышала, что она говорила. Пройдя в комнату, где на диване пьяно храпели отец и мачеха, Катя не раздеваясь залезла под одеяло и свернулась калачиком.

Ей давно не было так страшно, наверное, с тех пор, как умерла бабушка. Жизнь Дианки висела на волоске, она поняла это по сочувствующей улыбке медсестры. И никто не мог ничего поделать. Так в слезах она и уснула.

Как Сделать Достижение Путешествие В Игре Целуй И Знакомься

А в два часа ночи её разбудил звонок мобильного телефона. Зажав телефон в кулаке, Катя на цыпочках выскользнула в коридор и приложила его к уху: Глава 3 - Как умер? Бедная наша Лианочка Викторовна! Мальчику-то всего восемь лет было, жить бы да жить! Значит, завтра в восемь собираемся у детского дома и едем. Катя ещё несколько минут просидела на полу, судорожно сжимая в руках мобильник, а потом тяжело поднялась и переместилась на кухню.

О том, чтобы лечь спать не могло быть и речи, всё равно не уснёт. Было до слёз жаль Лиану Викторовну, её мальчика… Женю Катя видела всего один раз, он забегал к матери за ключами от квартиры. Это был рослый, белобрысый, весёлый мальчуган. Было невозможно представить, что его больше. Что же за болезнь такая его скосила. Не в силах усидеть на месте, Катя заметалась по тесной кухне.

Что же будет с девочкой? Ведь скорее всего у них с Женей болезнь одна и та же? Что же это, она тоже… умрёт?! Замерев у зеркала, заколола волосы на затылке и, едва коснувшись карандашом глаз, махнула рукой и выскочила из квартиры. На душе скребли кошки. Детский дом встретил её уже ставшей привычной гнетущей тишиной. Не раздеваясь, Катя прошла в столовую и застала там весь коллектив. Все, не говоря друг другу ни слова, потянулись к выходу. В детском доме осталась одна Татьяна Михайловна, украдкой вытиравшая слёзы в уголках глаз, провожая взглядом хмурых коллег.

Погода словно вместе со всеми оплакивала смерть маленького Жени. С самого утра зарядил дождь, ветер гонял по небу тяжёлые облака. До дома, где жила семья Лианы Викторовны все добрались изрядно замёрзнув. Катя подняла руку и коснулась звонка. Внутри квартиры раздалась весёленькая мелодия, так кощунственно выглядевшая в этот день.

целуй и знакомся царь горы

Дверь тут же распахнулась, на пороге стояла Лиана. Её было невозможно узнать. От той уверенной в себе, красивой женщины, не осталось ни следа. Перед ними стояла сгорбленная, заплаканная, с каким-то неестественно серым лицом женщина, глаза которой, казалось, смотрели сквозь. Ну как может чувствовать себя мать, потерявшая ребёнка? Они всей толпой вошли в тесную прихожую и затоптались у порога, не зная, стоит ли разуваться.

Book: Уплыть за закат

Молчали и её коллеги, не зная, что можно сказать убитой горем матери. Да и что может её успокоить? Разве есть на свете хоть одна вещь, способная сделать её горе менее сильным?

Они обернулись и увидели замершую в дверях женщину, лет пятидесяти, в длинном чёрном платье и чёрной повязке, на совершенно седых волосах. Всё, поздно уже рыдать! Я троих воспитала, все слава Богу живы, а ты за одним углядеть не смогла! Всё на работе своей проклятой пропадала! Ну вот, теперь можешь работать спокойно, угробила сына! Вы же сама мать! Вы представляете, каково ей сейчас? Зачем же вы так? А она — нет! Если бы она была матерью, она бы заботилась о своём сыне! Она бы не допустила того, что случилось!

Убирайся вон из моего дома, дрянь! Она уткнулась ей в плечо и беззвучно заплакала. Вот и гнобят всю жизнь. Я всегда всё делаю не. Славка сначала был на моей стороне, защищал меня от нападок матери и сестры, а потом они и его перетянули на свою сторону. Один Вовка ещё пытается с ними бороться, ругается из-за. Видит, что они не правы. А потом, так получилось, что ему пришлось вернуться к родительнице.

Мне бы только Женечку похоронить по-человечески, а там уж… - Что это вы надумали?! И ваш сын… Он же любил вас, ему было бы очень больно видеть вас такой, слышать такие слова, а ведь он слышит. Не надо так говорить, вы должны найти в себе силы жить. Чтобы я без вас делала! Высокий, мускулистый, с тёмным ёршиком волос на голове и карими глазами, он сразу же притянул взгляд Кати, заставив на мгновение забыть, где и по какому поводу она находится.

Тело нам отдадут не раньше чем через два дня, его забрали на экспертизу. Нет, я не хочу! Вовка, нужно что-то делать! Я хочу забрать сына домой! Ты ничего не сможешь сделать, такой закон. Откуда ни возьмись, появилась высокая тощая девица, с собранными в хвост на затылке длинными волосами. Она открыла аптечку и, набрав в шприц лекарство, подбежала к Лиане.

Володя обнял её, пытаясь удержать на месте, а девушка тут же воткнула шприц ей в вену. Через несколько минут Лиана затихла и закрыла. А эта девушка кто? Неужели непонятно, что вы здесь лишние? Ишь ты, не хочет она экспертизу делать! А я вот хочу узнать, от чего умер мой внук! Чего она истерику закатила? Может она сама ему чего сделала? Или заразу какую от своих убогих из детдома принесла? От неожиданности женщина подчинилась. Володя, молча наблюдавший за этой сценой, неожиданно ухмыльнулся и отошёл к окну, явно стараясь, чтобы мать не заметила его улыбку.

Владимир, почему ты молчишь?! На улице по-прежнему лил дождь, казалось, похолодало ещё сильнее. Катя первой вышла из подъезда и, подняв воротник, открыла зонтик. Она потеряла внука, ты хоть представляешь, что это такое?! Нельзя же так грубить! Я ни о чём не жалею, и если бы всё вернуть назад, я бы поступила точно так же! Настроение испортилось окончательно, на работе появляться не хотелось. Она прекрасно знала своих коллег и знала, что они будут весь день бросать на неё укоризненные взгляды и картинно вздыхать.

Пнув камешек ногой, Катя уселась на мокрую от дождя скамейку и сгорбилась под зонтом. Было до слёз жаль Лиану, она не понимала, как она может жить с такой свекровью, как она вообще выдерживает жизнь рядом с.

Девушка подняла голову и увидела Владимира. Он стоял рядом со скамейкой, засунув руки в карманы и надев на голову капюшон. Она рвёт и мечет. Она и раньше Лианке спуску не давала, но на неё за это всегда Женька обижался, а сейчас-то… - при воспоминании о племяннике по лицу парня будто тень пробежала. Я бы тоже не хотела, чтобы моего ребёнка резали. Боже, что я говорю! Умер не какой-то старик девяностолетний, а восьмилетний ребёнок, по закону обязаны сделать экспертизу. А потом ему стало хуже… Врачи очень ругались на нас, за то, что сразу в больницу не обратились.

Они же даже диагноз не смогли поставить. У неё те же симптомы, что и у вашего Жени, температура и живот болит. И тоже диагноз поставить не могут… - Тоже самое? Мне просто странно, откуда она вдруг взялась, эта неизвестная болезнь. Может поискать по городу, кто ещё этим болеет?